Большинство людей в действительности не хотят свободы, потому что она предполагает ответственность, а ответственность большинство людей страшит.

Свобода человека остается неполной до тех пор, пока его потребностями управляют другие.

Бездействие — тоже действие. Я — это не только то, что я делаю, но и то, чего я не делаю. Отказ действовать зачастую равносилен немотивированному поступку, основная цель которого — доказать, что я свободен.

Появление свободы тесно связано с тревогой: возможность свободы всегда вызывает беспокойство, и способ встречи с тревогой определяет, пожертвует ли человек свободой или утвердит ее.

Здесь делается упор на личное, индивидуальное сопротивление. Человек, зная, против чего он борется, борется в одиночку. Я очень не люблю это знаменитое: "Один в поле не воин". В истории, начиная с древней и до наших дней, были случаи, когда всего один человек говорил: "Нет. Не буду" и тем останавливал неправое дело. Но даже если не было видимых последствий его поступка, в лагере становилось одним "идеальным заключенным" меньше – значит, лагерь не победил.

Чем больше окружающие знают, что из себя вы представляете и что от вас следует ожидать, тем сильнее это ограничивает вашу свободу.

Он всё ещё думал, что может что-нибудь сделать. Ничего он не мог. Тоже своего рода свобода.

Свобода слова существовала всегда, просто цена была разной: за одно и то же высказывание в XVI веке сжигали, в XVIII — отлучали от церкви, в XIX — вызывали на дуэль, а в XX критиковали в газетах.

Пока все знают, кто ты такой, и какой ты, и твою реакцию — ты всегда будешь в плену образа. И, соответственно, будешь несвободен. Но разве мы родились на свет, чтобы делать то, что от нас хотят? Я в четырнадцать лет прочел что-то похожее в интервью с Миком Джаггером: "Если ты начнешь думать о том, что другие люди думают о тебе, ничего сам не сделашь". Он спас меня этой фразой. Нужно, чтобы правая рука не знала, что делает левая.

По мне так вместо того что б жить в шумном, мокром, душном мегаполисе, намного лучше жить где-нибудь в среднем городке у моря, работать на какой-нибудь средней работе, сильно не напрягаться, жить в своем доме, не от кого не зависеть. Просто быть свободным человеком.

"— Помоги мне, — проговорил он едва слышно, будто собирался вот-вот расстаться с жизнью. — Я хочу летать больше всего на свете...

— Что ж, не будем терять времени, — сказал Джонатан, — поднимайся вместе со мной в воздух — и начнем.

— Ты не понимаешь. Крыло. Я не могу шевельнуть крылом.

— Мейнард, ты свободен, ты вправе жить здесь и сейчас так, как тебе велит твое «я», и ничто не может тебе помешать. Это Закон Великой Чайки, это — Закон.

— Ты говоришь, что я могу летать?

— Я говорю, что ты свободен."

Нам всем приходилось когда-нибудь заблудиться, в одних случаях по собственному желанию, в других - из-за неподвластных нам сил. Когда мы узнаем все, что положено знать нашей душе, дорога сама собой возникает перед нами. Иногда мы видим правильный путь, но вопреки собственному желанию все дальше удаляемся от него, все глубже забиваемся в чащу: страх, или гнев, или печаль не пускают нас обратно. Иногда мы сами решаем потеряться и бродить в потемках, потому что так нам проще. Иногда все же выходим на правильную дорогу. Однако независимо ни от чего нас всегда находят.